Педро
`
Вы просили стихов - их есть у меня.

В тягучее время одного из двух тяжких моих ангинных злоключений*, лёжачи в достославном стационаре ЦКБ, прочёл книжицу Марио Варгаса Льоса с названьем "Тётушка Хулия и писака", даренную одной доброй сорокапятилетней знакомой. По прочтении - многочисленные испанские имена и их бесконечное перекрёстное упоминание наложились на урывочные впечатления от феномена "португальских сериалов"©, с их неимоверной запутанностью судеб главных и второстепенных героев и надуманностью переживаний; и вся эта кучерявая байда скаталась в один пёстрый ком.

В то время, как фашиствующие женщины в белоснежных чешках надругались над обеими моими ягодицами, превращая оные в полигон для своих нечеловеческих экспериментов, мозг, обречённо угасающий от перманентного переливания крови, лимфы и сукровицы из одной вены в другую, в момент редкого и судорожного просветления нарисовал перед моим, столь же безудержно истощающимся воображением картину из жизни простых аргентинцев под жарким солнцем в выши Кордильер, их подлинные страсти и похождения, которые начинаются, когда глазок камеры гаснет, а сценарист отправляется пить свой обеденный портвейн.

Устав бороться с копошащимися в мозгу педрами, гомесами и кончитами, я вырвал из головы фистулу, из жопы клизму, а из горла катетер и, положив перед собой блокнот, начал испещрять его прыгающими строчками...

Педаль ботинком утопив,
Под горку мчится Педро;
Щекочется аперитив,
Залит в желудка недра.

Ах, Педро, парень хоть куда! –
Кончиту любит страстно…
Невелики его года,
Но это и прекрасно.

Кончите руку предложил
Красавец, мот Гаучо;
И Педро юный затужил,
Спускаясь с горной кручи,

Где регулярно навещал
Он Хорхе – друга детства,
Что зачат был на Карнавал
И проявлял кокетство.

Любил он Педро, содомиСт,
И старого Паблито,
Кто знаменитый пианист
И родственник Кончиты.

Но оказалось – трансвестит
Кончита-перуанка:
Такой удар ей не простит
Подруга-лесбиянка.

Хулите некогда любить, –
Несчастье у Хулиты,
Не устает она хулить
Рауля и Пепито:

Они ей братья по отцу,
Который регулярно
Гулял с Гаучо на плацу,
Ласкал его коварно.

“Отдайся мне, – Хуан взывал, –
Прекраснейший Гаучо!..”
Об этом Педро тоже знал,
Спускаясь с горной кручи.

Придумал он удар поддых,
Пошевелив мозгами:
Кончите выдать голубых
Со всеми потрохами;

Гаучо с Хорхе поженить,
Хуана же – с Паблито.
И вероломно отравить
Лесбийскую Хулиту.

И враз все станет на места,
И Педро на досуге
С Кончитой с чистого листа
Начнет свои потуги…

Так думал парень, с Кордильер
Летя машиной гончей,
Когда в педали, например,
Запуталося пончо.

Застрял в цепи штанины клок,
И кубарем с орбиты
Сошел Педрито
И не смог
Завоевать Кончиты.

(танцора-педераста)

___
* - (январь 2000)

.